Журналистка из Беларуси Светлана Алексиевич получила Нобелевскую премию по литературе за свою публицистическую работу. Жюри обосновало свое решение: “За многоголосное творчество — памятник страданию и мужеству в наше время”.

Свои следующие книги автор хочет писать о любви.

Нобелевский лауреат в области литературы 2015 года

Мать Светланы — украинка, отец — белорус, родилась она в Советском Союзе, а пишет на русском, который является также вторым национальным языком Беларуси. Первые свои премии республиканского и всесоюзного уровня будущий нобелевский лауреат начала получать уже в студенческие годы, изучая ремесло журналиста в Минском университете.

Белоруска Светлана Алексиевич стала 14-й женщиной, которая получила Нобелевскую премию в области литературы.

67-летняя писательница с добрым взглядом моментально попала в объектив внимания мировой прессы после объявления результатов в четверг 8 октября — даже в новостях Австралии в прошедшую пятницу показали Алексиевич по всем каналам и рассказали о ее призе, хотя иностранные и европейские сюжеты обычно получают всего 30-45 секунд внимания в день.

Премия Нобеля по литературе присуждается с 1901 года. За все время существования награды имени изобретателя динамита всего 13 женщин стали ее лауреатами.

Автор “Время секонд-хенд” стала 14-й женщиной-призером в 114-й год после основания самой престижной премии мира.

“Я не пишу сухую, голую историю факта, события, я пишу историю чувств”, — заявляет писательница на своем сайте. — “Мы быстро забываем, какие мы были десять, двадцать или пятьдесят лет назад. А иногда стыдимся, или сами уже не верим, что так оно с нами и было”.

Светлана Алексиевич: “Следующие книги я хочу написать о любви и о старости”

Известность автору “Цинковых мальчиков” и “Чернобыльской молитвы” снискали книги-динамит: шокирующие отчеты очевидцев о событиях, которые представлены в официальных версиях в удобоваримом, причесанном виде.

Светлана Алексиевич в Кабуле в 1988 г.

Жанр романа-оратории, дающего голос сотням непосредственных свидетелей событий, она позаимствовала у земляка Алеся Адамовича, которого считает своим учителем. Именно этот специфический стиль повествования был отмечен требовательной комиссией как “многоголосность” — “жанр человеческих голосов, исповедей, свидетельств и документов человеческой души”, как определяет его сама Алексиевич.

Но белорусская журналистка не планирует продолжения своей 35-летней миссии по описанию горячих точек истории. Она сказала, что предыдущие 5 книг она писала 35 лет и рассматривает их как одну большую работу.

“Можно сказать, что это одна книга, одна душа,” — пояснила она в интервью КП. — “Эта книга больше всего о том, как мы жили, и как эта жизнь кончилась, и как мы оказались в растерянности”.

Новоиспеченный нобелевский лауреат верит, что сегодняшние трудности в постсоветских странах будут преодолены уже в обозримом будущем:

“Я бы хотела сказать тем, кто постарше, что не надо быть в отчаянии. Все-таки главное мы сделали — коммунизм побежден. А молодым хотела бы сказать: готовьтесь к будущему. Оно все равно будет — нормальное европейское будущее. Может быть, мое поколение до этого не доживет. А вы доживете.”

Светлана Алексиевич получает премию немецких журналистов в 2013 году.

Автор нелицеприятного повествования “У войны не женское лицо”, тираж которого достиг рекордной цифры в 2 миллиона экземпляров, предполагает, что ее следующие работы будут о любви:

“Следующие книги я хочу написать о любви и о старости. Меня уже интересуют экзистенциальные вопросы. Ведь мы стали жить на 30-40 лет больше, появился целый кусок жизни. Как с ним быть, неужели только сидеть с внуками? А может быть, это тоже твоя жизнь, она тоже может быть полноценной?”

Именно об этом она пишет на своем сайте, говоря об идее книги “Чудный олень вечной охоты”, или 100 рассказов о русской любви:

“Русский человек хочет быть счастливым, мечтает, но у него это не получается… Почему? И как он представляет себе Дом? Счастье? Любовь? И в конце концов – в чем для него смысл жизни?”

Книга расскажет, как любили и любят русскоязычные и бывшие советские люди:

“И опять мои вопросы — кто мы, в какой стране живем — через любовь… Через то, ради чего мы, наверное, и приходим в этот мир”.

Человеческая жизнь — превыше всего

Светлана Алексиевич работает в Германии в 2011 году.

Интерес к экзистенциальным вопросам и желание сконцентрироваться на другой стороне медали, чем та, которую она освещала ранее, пришли к создательнице “Последних свидетелей” с пониманием того, что запас прочности, данный каждой из нас, не вечен.

При недавних съемках фильма японских кинематографистов о Чернобыле, в котором журналистку попросили поучаствовать продюсеры, она поняла, что больше не способна сдержать слезы, видя страдания героев:

“Я поняла, что я бы уже не вошла туда, куда входила прежде. Не вошла бы в Ташкенте в госпиталь, где лежали ребята без рук, без ног после Афгана. От них отказались родители, и они ждали, когда их отправят по интернатам. И вот к ним я заходила и как-то не плакала. Сейчас не смогла бы.”

Наш запас прочности не беспределен, поняла Алексиевич:

“Я поняла, что весь мой защитный запас использован. Это не беспредельно — заглядывать вот в эту пропасть. Слава богу, что у меня хватило сил закончить эту большую работу.”

Нобелевский лауреат Светлана Алексиевич хочет писать свою следующую книгу о любви.

Все ее творчество подчинено идее человечности. Ранее она написала:

“Я всегда хочу понять, сколько человека в человеке. И как этого человека в человеке защитить?”

Вопросы, которые интересуют ее сегодня, относятся к созиданию, а не разрушению. То, что происходит в современном мире, заставляет ее тревожно задуматься и взглянуть на истоки:

“Я из того поколения, которое учили только умирать. Никто не учил нас, как быть счастливыми, как любить. Учили трактор водить… А никто же не говорил о сложности мира, счастья, другого человека, как это трудно — найти гармонию.”

Писательница призналась:

“Сейчас для меня человеческая жизнь выше всего”.

* Фото: Alexievich.info

Прочтите также:

• Девушке Джеймса Бонда 50 лет
• Человеческое достоинство
• Менталитет или нет? Мы и иностранцы
• 48 вещей, которые я бы хотела сказать себе 18-летней